Трусова снова на льду, Валиева прощается, российские фигуристы получают шанс вернуться в международный спорт - хореограф группы Этери Тутберидзе Даниил Глейхенгауз подробно разобрал все главные темы межсезонья и поделился взглядами на будущее фигурного катания в России.
Интервью записывалось еще до известия об уходе Аделии Петросян, поэтому эту ситуацию специалист не комментировал. Зато много говорил о последствиях Олимпиады в Милане, перспективах российских спортсменов после допуска, о возвращении Александры Трусовой, о текущем состоянии Алисы Двоеглазовой и о решении Камилы Валиевой завершить карьеру.
О переживаниях после Олимпиады в Милане
По словам Глейхенгауза, эмоциональный удар после Игр был очень тяжелым и проявился сразу, еще там, на месте:
Он вспоминает, что первые дни после завершения соревнований дались невероятно тяжело. Хотелось просто закрыться в комнате и ни с кем не общаться: целый день он провел, даже не выходя на улицу. Это было следствием многомесячной накопленной усталости и эмоционального выгорания - слишком много нервов и сил ушло на подготовку, а итоговый результат оказался далеким от ожидаемого.
Глейхенгауз подчеркивает, что этот олимпийский цикл изначально складывался иначе, чем предыдущие. В прошлые разы команда ехала на Игры с четким ощущением: "мы едем за золотом". В Милане такого внутреннего спокойствия и уверенности не было: слишком много внешних факторов, неопределенности и давления. Тем не менее, надежда и амбиции остались прежними, и оттого разочарование от того, что не удалось продемонстрировать свой привычный уровень, оказалось особенно острым.
О допуске российских фигуристов и нейтральном статусе
Глейхенгауз признается, что новость о допуске российских фигуристов к международным стартам он увидел буквально по дороге к катку. Для него принципиальным моментом было не то, под каким статусом вернутся спортсмены - нейтральным или национальным, - а сам факт: "первый шаг сделан".
Он называет это именно возвращением, пусть и с ограничениями. Теперь, считает Даниил, все зависит только от самих спортсменов: насколько быстро они смогут восстановить утраченную соревновательную практику, набрать необходимые рейтинговые очки и вернуть России максимальное количество квот на чемпионаты и Гран-при.
По его мнению, задача сложная, но решаемая: при грамотном планировании календаря, удачном выборе турниров и стабильных прокатах можно довольно быстро вернуться на лидирующие позиции, особенно в тех видах, где традиционно сильны российские фигуристы.
Юниоры: преимущество и отсутствие страха конкуренции
Говоря о юниорском звене, Глейхенгауз заметно спокоен: он не видит там серьезных проблем или поводов для паники. По его оценке, все российские спортсмены, которые попадут на этапы юниорского Гран-при, способны сразу же бороться за путевки в финал, а затем и за призовые места на юниорском чемпионате мира.
Особо он отмечает, что в парном катании на юниорском уровне у России исторически практически не было реальных конкурентов: уровень подготовки и техническая сложность элементов у российских пар значительно выделяются. В танцах ситуация менее предсказуема - Глейхенгауз прямо признает, что с судейством в этом виде всегда больше нюансов, и предугадать расстановку сил сложнее.
Если говорить о юниорском одиночном катании, тренер выделяет Льва Лазарева и Елену Костылеву. С учетом того, что ряд сильных иностранок, таких как Мао Симада, переходит во взрослые, он не видит для них непреодолимой конкуренции. При правильной подготовке и без травм эти спортсмены могут сразу заявить о себе на международном уровне.
О неопределенности вокруг допуска
Отдельная тема - долгий период неопределенности, когда официальных решений не было, а слухов и прогнозов было слишком много. Глейхенгауз признается, что в какой-то момент перестал доверять любым сообщениям, сколько бы "инсайдов" ни обсуждалось. Оставался только один вариант - ждать официального решения и не строить слишком конкретных планов заранее.
Такой фон, по его словам, сильно бил по мотивации: спортсмены месяцами жили в подвешенном состоянии, не понимая, к чему и в каком формате им готовиться - только к внутренним стартам или все-таки к полноценному международному сезону. Для тренеров это тоже стало испытанием, поскольку приходилось удерживать рабочих настрой и при этом не обманывать учеников ложными надеждами.
О рейтингах, Гран-при и изменении правил
Глейхенгауз подробно объяснил сложность нынешней системы допуска к взрослым Гран-при. С точки зрения теории, у Петра Гуменника и Аделии Петросян еще есть возможность получить приглашения: до начала серии они могут выступить на турнирах серии "челленджер", добрать недостающие рейтинговые очки, а затем, при возможных снятиях других фигуристов, попасть в список участников Гран-при.
Но для большинства российских спортсменов такой путь уже закрыт. Даже Александра Трусова, которая рассчитывала получить этап как призер чемпионатов мира и Олимпийских игр, сталкивается с новым препятствием: незадолго до допуска россиян был сокращен период, в течение которого учитываются прежние заслуги - с 10 до 4 лет. Это изменение фактически перечеркнуло возможность автоматического попадания на Гран-при для многих именитых фигуристов.
В итоге тренерам и спортсменам приходится выстраивать более сложные траектории: не только планировать участие в мелких международных стартах для набора рейтинга, но и постоянно отслеживать возможные изменения в регламентах.
Алиса Двоеглазова: приоритет - здоровье, а не гонка за стартами
Отдельный блок разговора был посвящен Алисе Двоеглазовой. По словам Глейхенгауза, изначально рассматривались два сценария: если россиян допустят только на юниорский уровень, тогда имело бы смысл переводить Алису в юниоры ради международной практики. Но при открытии дороги во взрослые турниры надобность в таком шаге отпадает.
При этом главным фактором сейчас является не стратегия календаря, а медицинские ограничения. Алиса восстанавливается после серьезных травм. На момент разговора с Глейхенгаузом она даже не выходила на лед. Хореограф подчеркивает: они принципиально не торопятся.
Команда строго следует рекомендациям врачей и не собирается ускорять восстановление ради стартов в августе или сентябре. При подобных травмах критически важно не допустить рецидива - нужно выдержать весь полный срок реабилитации, какой бы долгой она ни казалась. Потому сейчас говорить не то что о крупных соревнованиях, а даже о контрольных прокатах рано.
Трусова: возвращение спортсменки, которая "пашет" несмотря ни на что
Сезон, по словам Глейхенгауза, начинают и Александра Трусова, и Камила Валиева. Их объединяет главное - собственное желание продолжать карьеру и внутренняя мотивация. При этом о Трусовой он сейчас может говорить максимально предметно: она вернулась в группу, и работа идет полным ходом.
Глейхенгауз отмечает, что в тренировочном процессе Саша выглядит как в лучшие годы: "она реально пашет". На фоне других фигуристов ее отношение к делу бросается в глаза. При том, что за бортом катка у нее маленький ребенок, высокая узнаваемость, множество сторонних активностей и проектов, на льду она остается прежде всего спортсменкой.
Хореограф приводит характерную деталь: когда он просит выполнить короткую программу "в облегченном варианте, просто под музыку", Трусова не делает скидок и катает ее целиком, с полной выкладкой. И это - в июле, когда многие только входят в сезон. Других, по его словам, иногда приходится уговаривать взять музыку хотя бы один раз за тренировку, а Александру, как и раньше, нужно скорее останавливать, чтобы уберечь от перегрузки.
Конечно, тренерский штаб контролирует объемы: где-то снижает нагрузки, где-то регулирует количество четверных прыжков. Но при этом Глейхенгауз подчеркивает: он вновь видит на льду того самого "настоящего спортсмена", с которым они когда-то выходили на самые высокие результаты. И этот опыт показывает, как именно должен работать фигурист, чтобы бороться за вершину.
Поколения и мотивация: почему раньше было "злее"
В одном из самых откровенных фрагментов интервью Глейхенгауз сравнивает нынешнее поколение фигуристов с теми, кто выступал несколько лет назад. По его наблюдениям, раньше спортсмены были заметно "голоднее" до побед. Внутри группы царила настоящая спортивная злость и ежедневное соперничество: кто больше раз возьмет программу под музыку, кто сделает элемент чище и сложнее.
Такая внутренняя конкуренция подталкивала всех: каждый день приходилось выходить из зоны комфорта, поднимать планку, и именно это давало тот рывок в развитии, который был заметен всему миру.
Сейчас, признается он, подобной запредельной мотивации он уже не видит у большинства. Отчасти это связывает с длительным отстранением от международных стартов: когда у спортсмена забирают главную цель - выступление на чемпионатах мира, Европе, Олимпиаде, - психологически трудно продолжать работать на пределе возможностей. Людей сложно винить за то, что без четкой перспективы они начинают экономить силы и искать другие интересы вне спорта.
Глейхенгауз считает, что возвращение на международную арену может стать тем самым стимулом, который вновь "зажжет" и молодых, и опытных фигуристов. Но добавляет: одного допуска мало, нужна внутренняя готовность спортсмена снова ставить спорт на первое место.
О роли тренеров в эпоху нестабильности
На фоне последних лет - санкций, смены правил, неопределенности с допуском - на тренеров ложится и дополнительная психологическая функция. Им приходится не просто выстраивать технику и программы, но и удерживать атмосферу внутри группы.
Глейхенгауз признает: особенно сложно было объяснять подросткам, зачем им ежедневно выкладываться, если вчерашние кумиры лишились шанса бороться за олимпийские медали. Для юных фигуристов очень важно видеть живые примеры: Трусова, Валиева, Медведева, Загитова и другие стали теми образами, с которыми дети себя ассоциируют.
Сейчас, считает он, крайне важно показывать, что карьера в фигурном катании не заканчивается из‑за политических решений, что все еще есть цель и ради нее стоит работать. В этом смысле возвращение Трусовой и решение Валиевой пройти путь до конца, даже если он завершится уходом из спорта, - сильные сигналы для всего поколения.
Камила Валиева: трудное решение и наследие
Говоря о Камиле Валиевой, Глейхенгауз подчеркивает, что ее история - одна из самых тяжелых для всей команды. Накопившийся стресс, бесконечное давление, многолетняя неопределенность по делу - все это не могло не отразиться на внутреннем состоянии спортсменки.
По мнению хореографа, решение Валиевой завершить соревновательную карьеру нельзя воспринимать как поражение. Наоборот, путь, который она прошла за эти годы, уже вписан в историю фигурного катания. Ее программы, сочетание сложности и артистизма, влияние на развитие женского катания останутся ориентиром для юниоров и подростков еще надолго.
Глейхенгауз отмечает, что для тренера особенно больно видеть, когда талант такого масштаба не получает возможности реализоваться в полном объеме на международной арене. Но при этом он подчеркивает важность уважения к выбору самой Камилы: только она знает, какую цену заплатила за попытку вернуться и продолжать бороться.
Что ждет российское фигурное катание дальше
На ближайшие сезоны Глейхенгауз смотрит с осторожным оптимизмом. С одной стороны, конкуренты за время отсутствия россиян заметно продвинулись вперед. Изменились требования к программам, расстановка сил, укрепились новые лидеры. С другой - потенциал российских школ сохранился: база, количество талантливых детей, опыт тренерских штабов никуда не делись.
Он считает, что ключевая задача сейчас - грамотно выстроить переходный период. Нельзя ожидать немедленного доминирования: сначала нужно вернуть стабильные старты, набрать рейтинг, адаптироваться к новым правилам и стилю судейства. При этом важно не пытаться мгновенно "перепрыгнуть" через этапы подготовки ради быстрых медалей - это чревато травмами и эмоциональным выгоранием.
Глейхенгауз уверен: если удастся сочетать терпение, системный подход и ту самую "старую" тренировочную злость, о которой он вспоминает, российские фигуристы снова будут бороться за высшие места на крупнейших турнирах. А судьбы таких спортсменов, как Трусова и Валиева, уже стали частью большой истории вида спорта - со всеми ее победами, драмами и надеждами.